Диалоги о Николае Чудотворце, Третьяковке и хинкальной

Диалоги о Николае Чудотворце, Третьяковке и хинкальной

О чем спрашивают волонтеров

За то время, пока мощи Николая Чудотворца пребывают в Москве, я дежурила волонтером восемь раз. Чаще — на информационных постах у станции метро «Парк культуры» и у Крымского моста. Это мой первый опыт волонтерства на принесении святынь. Запомнились необычные,  иногда забавные вопросы и мини-диалоги с самыми разными людьми — полицейскими, психологами, паломниками, прохожими, туристами.

«Карму улучшаете?»

Беседуем с полицейским из оцепления. Одиннадцатый час ночи. Начало июня. На улице 10 градусов.  Последний кордон у входа в Храм Христа Спасителя — очереди ждут последние 400-500 паломников.

— Зачем вы (волонтеры) сюда приходите?

— Знаете, это совсем другое ощущение, по сравнению с тем, когда просто сам стоишь в очереди. Да, там тоже труд, тяготы, конечно. Я сама как-то стояла в январе к Дарам волхвов, и знаю, что это такое. Но когда я лично стала волонтером, то ощутила внутри себя необыкновенное чувство — помощи святому Николаю Угоднику. Ощущаешь его живым, испытываешь невероятный подъем, и атмосфера вокруг становится благодатной… Не важно – жара, ливень, июньский снег, промокшие ноги, ледяные руки… Счастье, и всё тут. Ну и для людей, конечно же, делаешь полезное… Нет, словами, не выразить правильно.

— Понятно… Карму улучшаете.

— Ну, пусть будет так.

 «Почему в храм очередь?»

Стоим у светофора на Новокрымском проезде у Крымского моста. Здесь к очереди проходят люди от м. «Парк культуры (кольцевая)», другие идут пешком по Остоженке и по Пречистенской набережной.

Почему в храм очередь?

Приближаются двое молодых ребят, — прически хвостиками, на самокатах:

— А почему набережная огорожена и везде полиция?

— Чтобы люди без очереди не проходили.

— Куда не проходили?

— К храму.

— А почему в храм очередь?!

(Таааак, провокаторы. Блогеры. В кармане — диктофон. Неделю по информационным источникам передают о принесении мощей и очередь, а они, якобы, не знают. Наверное, будут нести атеистическую чушь нести о поклонении мертвым и т.п., я буду горячиться, а им только это и нужно).

— …Так… привезли же мощи Николая Чудотворца в храм Христа Спасителя…

— А, да-да-да! Спасибо!

Уехали. Нет, не провокаторы. Просто ребята. Хорошие какие — симпатичные, любознательные.

«Пожалеть тебя, паренек?»

Поздний вечер. Только что окончилась смена у «социального входа», где расположен вход в отдельную очередь — для инвалидов первой группы и мам с грудничками. Хочу поговорить со специалистами «Московской службы психологической помощи населению», которые дежурят в «социальной очереди» вместе с нами и работниками Департамента социальной защиты. Холодно. Меня пускают погреться в автобус, где базируются психологи и соцработники.

— У вас есть пять минут? Расскажу историю моего деда, — говорит психолог Ольга Стебелькова. – Жизнь моей семьи тесно связана со святителем Николаем. Это произошло в Восточном Казахстане. До революции, во время столыпинской реформы, многие семьи поехали осваивать целинные земли. Оттуда родом мой дедушка, 1920 года рождения. В 30-е голодные годы в возрасте 12-13 лет он  заболел малярией: лихорадка, температура, в общем, доходил. И вот он рассказывал: «Иду я по селу, меня мотает из стороны в сторону от слабости. А навстречу идет старичок – худенький, маленький. Я понимаю, что он не из нашего села. «Пожалеть тебя, паренек?» – спрашивает он меня. – «Да, дедушка, пожалей». — «Ну хорошо, пожалею тебя». На следующее утро мой дед выздоровел, прошла лихорадка. И много лет спустя, когда он оказался в церкви, на одной из икон узнал «дедушку». Можно не говорить, им оказался святитель Николай. Вот я сама несколько лет назад была в Бари, а теперь здесь дежурю…

«Как пройти к Третьяковке?»

Пост в напряженном месте – через дорогу от выхода из метро «Парк культуры» (кольцевая), у светофора под эстакадой. Вечер субботы. Каждые 90 секунд (время срабатывания светофора) прохожие обращаются с вопросами.

Это середина сложной развилки: направо – Комсомольский проспект, налево – Остоженка, позади – Зубовский бульвар, прямо – Крымский мост и проход к Фрунзенской набережной — началу очереди. Обзора никакого: все перекопано и закрыто высокими строительными ограждениями. Путаются даже москвичи, не говоря уже о гостях столицы.

Как выяснилось, зеленая жилетка православного добровольца вызывает доверие у всех граждан без исключения. Спрашивают не только о том, как пройти к очереди. Второй по популярности вопрос: «Как пройти к Парку культуры?». И снова вопрос: «Вы, наверное, все тут знаете, где улица Льва Толстого?» (кстати, про эту улицу спрашивали и в другие дни дежурства, поэтому я изучила гугл-карту, чтобы правильно направлять людей и туда). Небольшое замешательство в первую секунду вызвал вопрос двух дам: «Как пройти к Третьяковке?» Оказалось, что имелась в виду Третьяковка на Крымском валу.

Кстати, пригодился английский. Плотная толпа перенесла на мою сторону хмурого парня с дорожным чемоданом, видимо, не в первый раз взывавшего о помощи. «Как перейти дорогу вон туда (в сторону Зубовского бульвара)?» — безнадежным голосом спросил он по-английски. Бедняга не мог найти подземный переход, искусно замаскированный строительными ограждениями.

 «Хинкальная работает?»

Суббота. Солнечно и безветренно. Пост на Крымском мосту — у лестницы, ведущей к набережной. Сюда многие москвичи приходили, чтобы «примериться» к очереди, осмотреться, что и как. Вопросы задавали обычные: в какой день и когда лучше приехать, сколько придется стоять.

Снова понадобился английский. Группа иностранцев подошла узнать что за люди стоят на набережной, куда и зачем. Рассказала. Причем, не зная, как по-английски «мощи», выразилась кратко, что в храме Христа Спасителя находится наш любимый святой. Вот так, — ни много ни мало. Что, в общем, так и есть.

А самый необычный вопрос задал загорелый гражданин с объемной сумкой. Он быстро дошел до нас по Крымскому мосту, поставил ношу на парапет и деловито спросил:

— Хинкальная работает? Как какая? Внизу, видишь — за углом хинкальная! Вооон рядом с ней все перекопали, не пройти. Не знаете, открыта она? Я туда иду. Чтобы зря не ходить.

«Мы на лекцию о Гегеле»

Дежурю у выхода из м. «Парк культуры» (радиальная). Это небольшая ротонда, плотно окруженная котлованами и строительными заборами.

Мы с напарницей стоим у м. «Парк культуры» (радиальная) по одному — на расстоянии метров 50 друг от друга. Чтобы паломник, не знающий дороги к очереди и проскочивший мимо одного волонтера, непременно попал в широкие объятия другого.

Выходящих из метро паломников видно сразу. Вот многодетная семья – папа толкает коляску, двое держатся за руки матери, самый старший – лет 8 — бежит впереди всех и балуется с вертящимися дверьми. Тяжело дышат после подъема по крутой лестнице старушки в платках, выбегают молодые девушки, спрашивают дорогу к Николаю Угоднику, и мужчины среднего возраста, и ребята студенческого вида. Всех мягко поворачиваю в нужную сторону – на Новокрымский проезд, к мосту.

Снова семья: мама-папа-сын-дочь. Одеты по-походному, в панамах, с рюкзаками, из одного торчит коврик-пенка. Наши люди основательно подготовились к стоянию в очереди. А после этого — ошибка. Выходят двое ребят. Рюкзаки, русые бородки. «Ребята, вы в храм? Направо и вниз…». «Нет, мы не в храм. Мы на лекцию о Гегеле». Уходят налево.

«Ориентир – храм»

Уже традиционно, после 18.00, все чаще люди спрашивают дорогу не к очереди, а к Парку Горького, Музеону, просят показать, где Остоженка, Крымский мост, Комсомольский проспект, ближайший Макдональдс. И снова ищут улицу Льва Толстого, говорят: «ориентир – храм». Ориентир – это памятник архитектуры в стиле нарышкинского барокко – нарядный храм Николы в Хамовниках. Согласна, ориентир, — и для поиска улицы, и вообще в жизни.

 

«Могу показать, как пройти к Матроне»

Вот мужчина быстро свернул налево, но скоро вернулся в раздумьях. Направляюсь к нему, а он, тем временем, начал расспрашивать стоящего неподалеку работника метро в зеленой жилетке, как пройти к храму Христа Спасителя. Рабочий направляет вопрошающего ко мне. Отправив паломника по верному пути, беседую с коллегой по цвету униформы. Он – уборщик. По национальности узбек. Родом из Самарканда. В России давно, несколько лет работает в метро.

— Я на этой станции недавно, поэтому не знал, как пройти к храму, — объясняет он мне.

– Вот на «Марксистской» я работал долго, там многим показывал, как пройти к Матроне. А здесь, куда они все дорогу спрашивают?

В двух словах рассказываю про мощи Николая Чудотворца. А он быстро повествует о своей семье, что скучает по сыну и дочке (по дочке больше), которые живут в Узбекистане. О том, какая хорошая у него жена, дай Бог каждому («Вот я глупый был, надо было раньше жениться»). Угощаю его половинкой шоколадной плитки: «От Николая Угодника. Чаю потом попейте». Он рад…

Свет Христов да просвещает всех… Николай Угодник, святая блаженная Матронушка, все святые, молите Бога о нас грешных…

Татьяна ЩЕРБАКОВА.



  • Поддержите Православных Добровольцев!

    Ваше пожертвование — единственный источник дохода нашего с Вами сайта. Каждый рубль будет немалой помощью в нашем с Вами деле.

    Поддержите Православных Добровольцев прямо сейчас!